Псковские священники летят в Видяево на юбилей подводного флота России

17 марта с военного аэродрома Пскова в Видяево, где базируется дивизион подводных лодок Северного флота России, поднимется самолет Ил - 76 с представителями светской власти Пскова и Псковской епархии: протоиереем Олегом Тэором и иеромонахом Августином (Заярным). Как сообщили ПАИ в информационной службе Псковской епархии, по благословению Архиепископа Псковского и Великолукского Евсевия трудная и благородная миссия окормления воинов Псковского гарнизона возложена на настоятеля храма св. Александра Невского протоиерея Олега Тэора. С недавних пор батюшкин «Псковский гарнизон» расширился, к нему присоединилась Большая Атомная Подводная лодка «Псков».

17 марта делегация отправляется в Видяево на торжества, связанные с юбилеем подводного флота России. Первая, построенная на стапелях Балтийского завода, русская боевая подлодка называлась «Дельфин», сейчас строятся подлодки четвертого поколения «Владимир Мономах» и др. Президент России В.Путин в своем поздравлении на торжественном вечере по случаю 100-летия подводного флота сказал, что подводный флот составляет основу Военно-Морского флота и является одним из самых мобильных стратегических соединений, а качественная модернизация армии, в частности, подводного флота страны, является ее приоритетной задачей.

Еще в недавние времена названия кораблей Военно-Морского флота имели прагматический, а, порой, случайный характер, подводный флот был преимущественно номерным. Атомоходы носили литеру «К», ди­зельные подводные лодки - «Б» или «С» с указанием соот­ветствующего тактического номера. Говорят, что это делалось исключительно в интересах секретности и скрытности. Численность корабельного состава стре­мительно росла, а потому номера приближались к че­тырехзначным. К именам же собственным начали возвра­щаться только тогда, когда стало катастрофически сокра­щаться строительство флота, и к середине девянос­тых годов XX столетия обстановка оценивалась как критическая. Тогда моряки были вынуждены обратиться за помощью ко всей России. Они стали называть свои корабли именами городов, и города, прекрасно понимая всю подоплеку происходящего, не оста­вили своих новых подшефных в беде, помогая всем, чем могли. Тогда шефство обрело совершенно иной смысл: ус­тойчивые шефские связи стали залогом выживания, как кораблей, так и их экипажей.

Не осталось в стороне руководство Пскова, после того, как в апреле 1995 года Указом Главнокомандующего Военно-Морским флотом, подводной лодке «Окунь» было присвоено название «Псков». В далекое Видяево отправлялись продукты, деньги и предметы первой необходимости. В Пскове не раз были делегации корабля, а в Видяево – представители города. Десять лет назад подводная лодка «Псков», которая на флоте является отдельной войсковой частью, была освящена иеромонахом Псково-Печерского монастыря отцом Августином (Заярным). Это событие произошло в марте 1996 года.

В Видяево отец Олег везет с собой подарки подводникам – «карманные» Евангелия для каждого моряка подлодки и таль – лебедку с комплектом разводных ключей, что тоже может пригодиться воинам - подводникам. У протоиерея Олега Тэора сохраняются дружеские связи с настоятелем храма св. Николая Чудотворца в Видяево – отцом Сергием. Такие визиты священства на подводную базу, и вообще в войска, очень поддерживают боевой дух армии, которая оказалась в кризисные моменты современной истории России покинута обществом, и до сих пор претерпевает большие проблемы идеологического характера. Напомним слова Святейшего Патриарха Алексия II, сказанные им на одной из конференций, где Святейший обратил особое внимание на то, что современному обществу и демократическому государству может быть неосознано. Святейший Патриарх сказал: «Вера есть важнейшая сила, внутренне преображающая и укрепляющая воина. Го­раздо чаще, чем светские люди, ратник заглядывает в лицо смерти, и нередко он дол­жен решиться на самопожертвование. А такая сознательная решимость возможна только тогда, когда человек глубоко пони­мает, что такое жизнь и что такое смерть, когда он не боится смерти. Но кто же не боится умереть? Конечно, только тот, кто верует в бессмертие, кто не сомневается, что жизнь вечна».