Словарный запас. Власть с особым цинизмом

Сообщения об уничтожении иностранной еды напоминают боевые сводки с фронта: триста сорок восемь тонн санкционных продуктов питания ликвидировано в России за два дня; крупное соединение вражеских сыров уничтожено под Белгородом; польские яблоки давят гусеницами тракторов под Смоленском. Пока у населения глаза лезут на плешь от происходящего, публицисты делают глубокомысленные выводы: власти ставят рискованный эксперимент в стране, где до сих пор сохранился «культ жрачки».Или того похлеще: древний ритуал всесожжения пищи является свидетельством укрепления в России монотеистических религий.Перефразируя старую шутку, власть рождена, чтоб Кафку сделать былью?

На этом шизофреническом фоне обрастает новыми подробностями скандал с наручными часами пресс-секретаря Путина. Оказывается, на запястьях Дмитрия Пескова замечена не только эксклюзивная модель швейцарской фирмы Richard Mille стоимостью в 37 миллионов рублей, а целая коллекция роскошных хронометров.Риторическое восклицание: «Откуда деньги, Дим?», по-видимому, следует считать избыточным, ибо ответ всегда предсказуем: «Не твое дело, плебс». Пресс-секретарь Песков, тот хотя бы что-то проблеял в свое «оправдание», мол, жена подарила. Смешно и неубедительно, но он все-таки чиновник. Какое-то паблисити приходится соблюдать. А вот признанному оракулу власти Владимиру Соловьеву, вступившемуся за Пескова в Твиттере, стесняться, по справедливости, вообще нечего, и когда один из твиттернутых вопросил, откуда у дочери телеведущего часы за 17000$, трубадур режима отреагировал вполне адекватно: «Представься, мразь!»

Вот так: мразь, и других вариантов нет. Я, ты, он, они, мы. Все мы мрази, если задаем неудобные риторические вопросы. Мрази, если искренне недоумеваем, откуда у кремлевского чинуши наручные часы, стоимость которых большинству жителей этой страны просто невозможно себе вообразить. Ну, то есть все мы читали о российских миллиардерах из списка «Форбс», их шикарных яхтах, средиземноморских виллах и лондонских апартаментах, однако пресс-секретарь Путина в список «Форбс» явно не входит.

Да, годовой зарплате чиновника в 9 миллионов рублей можно позавидовать, как и блестящей карьере потомственного дипломата и пиарщика. Да, можно представить себе загородный дом за 37 миллионов рублей, ну, элитную квартиру можно представить, ну эксклюзивный автомобиль... но чтоб часы! Понятно, предмет роскоши. Возможно, у меня плохо с воображением, но в моей несчастной голове это не укладывается. И главное: зачем? Дом нужен, чтобы жить. Автомобиль, чтобы ездить. А часы, получается, чтобы следить за временем? Да, но не за 37 же миллионов рублей? В стране, где 23 миллиона твоих сограждан прозябают за чертой бедности. Где каждый новый день делает нас немного беднее. Потому что рубль падает, а цены растут. Этично ли это? Вопрос, опять же, излишен, а ответ один: представься, мразь!

На первый взгляд сверхценные часы Пескова и сжигаемые по указу Путина тонны еды никак не связаны. В первом случае мы видим от шальных денег слетевшего с катушек чиновника, демонстрирующего свою «альфа-самцовость» urbi et orbi. Во втором мы наблюдаем некую акцию устрашения, странный психологический эксперимент по развенчанию старого национального мифа: «Хлеб — всему голова». Поведение кремлевского небожителя и уничтожение еды роднит одна характеристика, одно общее качество — и то, и другое совершается с особым, исключительным цинизмом. Всем нам знакомо это словосочетание из юридической практики и криминальных хроник, означающее проявление бесстыдства и грубой непристойности. Надругательство над обычаями и традициями народа. Демонстративное, показное пренебрежение к общепринятым нормам морали и нравственным ценностям общества.

В крестьянской стране, где на генетическом уровне хранится память о регулярных неурожаях и голодоморах, о страшной войне и жестокой блокаде, о каннибализме и опухших от дистрофии детях; в стране, где еще четверть века назад еду «доставали» и «добывали» в сумасшедших очередях, где ради доморощенной еды до сих готовы стоять раком на приусадебных участках, сжигать пищу — согласитесь, уникальный цинизм, что-то вроде святотатства. В стране, где больше половины населения едва сводит концы с концами, где 23 миллиона человек, согласно официальным данным Росстата, пребывает в пищевой цепочке ниже всякого плинтуса, демонстративно напяливать на руку часы за 37 миллионов рублей, - цинизм эксклюзивный. И есть ли куда падать ниже?

Проблема, однако, в том, что взывать власть к абстрактной совести, к неким категорическим императивам, приводя какие-то примеры из нездешней жизни - занятие наивное и бесполезное. В Польше, говорите, в аналогичной ситуации министра транспорта сразу уволили? За часы стоимостью всего лишь 5,5 тысяч долларов? Что это доказывает? А ничего! Ровным счетом. Россия — не Польша, и Польшей никогда не станет. К чему применять к родным реалиям чуждые нам моральные нормы?

Все мы прекрасно понимаем (не дети), что, когда известный оппозиционер и борец с коррупцией публично задается вопросом, откуда у Пескова деньги на роскошь, он (борец, а не Песков) сознательно прикидывается «дурачком», нарочито разыгрывает партию шута. Это такой расхожий полемический прием. Достаточно бегло просмотреть биографию Пескова, чтобы сделать правильные выводы, выяснив, что с 2006 года именно бывший успешный дипломат Песков занимался в Кремле PR-ом, а ведь это фантастические бюджеты. Все эти умопомрачительные по стоимости контракты с американскими PR-агентствами, создание с нуля телеканалов, вещающих на весь мир? Не забудем и про отечественных пропагандонов типа Соловьева. Кто считал, сколько денег там крутилось и крутится? Коробки из-под ксерокса еще никто не отменял. Декларация о доходах — это для плебса, для лохов, для мрази. Для «своих» — драгоценные хронометры на запястье. По настоящему удивляться нужно не тому, что у Пескова мелькнули часы за 37 миллионов рублей, а тому, что ВСЕГО за 37 миллионов.

Дело в том, что выражение «власть с особым цинизмом» - это, как говорится, масло масляное, типичная тавтология. То, что для большинства «особый цинизм», для власти — норма существования. Формулировка «с исключительным цинизмом» относительно Пескова и его часов справедлива в сознании тех, кто годами живет от зарплаты до зарплаты, и абсолютно ничего не значит для придворной челяди. Это для нас придуманы заповеди вроде «Не укради», и если эту заповедь нарушить, можно легко загреметь на нары. Во властных коридорах другие правила жизни, другие понятия. Вспомним хотя бы образцово-показательный сюжет с бывшим министром обороны Сердюковым и его мадам.

Это для 87% опрошенных Левада-центром россиян уничтожение продуктов питания аморально; для власти, судя по всему, это лишь средство достижения очередной цели. Какой именно цели, - наказать контрабандистов или собственное население? - понять трудно, но это и не столь важно. Важно, что она, власть, всегда функционирует в нашей стране в особом «сакральном пространстве», - вне общества, вне общественных норм и ценностей, вне каких-либо категорических императивов и религиозных догм. По русски: вне совести. Это «душегуб» Иван Грозный мог убояться Бога, прислушаться к гласу юродивого и сутками каяться перед иконами; нынешняя светская власть никого и ничего не слышит. Власть слепа и глуха ко всему, что взывает к «человеческому, слишком человеческому», поэтому и выглядит как бездушная машина, как механическая давилка, пускающая сок из запрещенных персиков.

И слава Богу, если только сок, а не кровь. В этом смысле путинская «вертикаль» — штука пусть и циничная, но вполне себе вегетарианская. Лично я отнюдь не склонен нынешнюю власть демонизировать. Власть как власть. Не хуже, чем прежде. Загляните в перестроечные газеты конца 80-х, весьма поучительное чтение. У вас зарябит и потемнеет в глазах: коррупция, коррупция, коррупция... У нас ведь в России, если кратко вспомнить историю, даже считавшиеся либеральными правители пускали кровь человеческую. У Николая Второго было «Кровавое воскресенье» 9 октября 1905 года, у Хрущева — разгон рабочей демонстрации в Новочеркасске в июне 1962-го, у Ельцина — расстрел российского парламента в октябре 93-го. У Путина покамест — лишь показательная казнь импортных помидоров. Явное «умягчение» нравов. Как писал поэт Бродский, «ворюга мне милей, чем кровопийца».

Саша Донецкий